Ты уже понимаешь язык моих рук И язык моих слов. И скорее ответишь губами, Чем вымолвишь слово. Нас с тобой захватило течение И унесло В Вавилон. И мы строили башню. И снова. И снова. Сколько тысяч страниц я хочу посвятить тебе, Но не могу. Мы живем в Вавилоне, в тяжелом И сумрачном веке. Ты уже понимаешь язык моих рук И язык моих губ, И мне могут так много сказать Твои полуприкрытые веки. За окном Вавилон. Там людская река, Суета, шум и гам. Слышен грохот повозок, протяжно Кричат водоносы... Ты прекрасна. Ты так безрассудно И нежно нага... Только время - палач. Только время - Навуходоносор. Ты уже понимаешь язык моих рук И язык моих глаз. Ты уже отвечаешь мне ласковым Бархатом кожи. Мы на всех языках написали Поэму о нас, Разных, как Вавилон. Но при этом Безумно похожих...
Он - для нежных и чутких: язык наших рук, И не только словами говорят наши губы. А - на то и поэт, чтоб в стоках, между строк сохранить переводом. И время - отступит.
